Малыш хочет открыть дверь. Подвигает стул. Устал, отдыхает, но о помощи не просит. Стул тяжелый, малыш прямо замучился с ним. Тащит его поочередно то за одну, то за другую ножку. Работа идет медленно, но что-то получается. Вот уже стул близко от двери, ему кажется, что он достанет, влезает на стул, стоит. Чуть придерживаю его за платье. Закачался, испугался, слезает. Подвигает стул к самым дверям, но сбоку от щеколды. Вторая неудачная попытка. Ни тени нетерпения. Снова работает, только паузы для отдыха немного удлинились. В третий раз влезает на стул: ногу вверх, хватается рукой и опирается согнутым коленом, повисает, ищет равновесие, новое усилие, рукой хватается за край, лежит на животе, пауза, бросок телом вперед, становится на колени, выпутывает ноги из платья, стоит.
Как жалки эти лилипуты в стране великанов! Голова вечно задрана кверху, чтоб хоть что-нибудь увидеть. Окно где-то высоко, как в тюрьме. Чтобы сесть на стул, надо быть акробатом. Усилие всех мускулов и всего ума, чтобы наконец дотянуться до щеколды. Двери открыты - глубоко вздыхает. Этот глубокий вздох облегчения мы наблюдаем уже у самых маленьких детей после каждого усилия воли, длительного напряжения внимания. Когда мы заканчиваем интересную сказку, ребенок вздыхает точно так же.
Я очень хочу, чтобы вы поняли это.
Этот глубокий одинокий вздох доказывает, что до сих пор дыхание было замедленно, поверхностно, недостаточно, ребенок затаив дыхание смотрит, ждет, следит, напрягается, вплоть до того момента, когда начинается нехватка кислорода, отравление тканей. Организм тут же приводит в состояние тревоги дыхательные центры, следует глубокий вздох, возвращающий равновесие.
Если вы умеете диагностировать радость ребенка, интенсивность его радости, то вы должны были заметить, что величайшей радостью становится счастье преодоленной трудности, достижения цели, открытой тайны, радость победы и счастье самостоятельности, овладения, обладания.
- Где мама? Мамы нет. А ну поищи.
Нашел! Почему он так хохочет?
- Вот погоди, мама тебя догонит. Ой, не может поймать.
До чего же он счастлив!
Почему он хочет ползать, ходить, вырывается из рук? Обычная сцена: он семенит, удаляется от няньки, видит, что нянька бежит за ним, убегает, утрачивает чувство опасности, бежит вперед сам не зная куда, в экстазе свободы - и, подхваченный кем-нибудь, вырывается, колотит ногами, верещит.
Вы скажете: избыток энергии, но это физиологическая сторона, я же ищу психофизиологическую.
Я спрашиваю: почему он хочет сам держать стакан, когда пьет, и чтобы мать даже пальцем к нему не прикасалась, почему, даже не желая есть, все же ест, если разрешить ему самому держать ложку? Почему с радостью гасит спички, тащит отцовские тапочки, несет бабушке скамеечку под ноги? Что это, подражание? Нет, нечто гораздо более ценное и значительное.
- Я сам! - кричит он тысячу раз, жестом, взглядом, улыбкой, умоляя, сердясь, плача.
А ты умеешь сам открывать дверь?- спросил я пациента, мать которого предупредила меня, что он боится врачей.
- Даже в уборной могу,- ответил он быстро.
Я рассмеялся. Мальчик смутился, но еще больше смутился я. Я вырвал у него признание в тайной победе и высмеял.
Нетрудно догадаться, что было время, когда все двери уже были открыты для него, а дверь уборной все еще не поддавалась, она стала для него особенно притягательной. Он был похож в этом на молодого хирурга, который мечтает о трудной операции.
Он никому не признавался в этом, он ведь знает то, что составляет его внутренний мир, не найдет отклика среди окружающих.
Может, его не однажды ругали или отталкивали подозрительным вопросом: Что ты там крутишься, что ты там вечно колдуешь? Не трогай, испортишь. Сейчас же иди в комнату.
И поэтому он работал украдкой, втайне и вот наконец открыл.
Обращали ли вы внимание, как часто, когда раздается звонок, вы слышите просьбу:
- Я открою!
Во-первых, с замком входной двери справиться трудно, во-вторых, как приятно чувствовать, что там, за дверью, стоит взрослый, который сам дверь открыть не в силах и ждет, пока он - младший - ему поможет.
Такие маленькие победы - праздник для ребенка, которому уже снятся дальние страны, который в мечтах воображает себя Робинзоном на необитаемом острове, а в действительности счастлив, когда ему разрешают выглянуть в окно.
- Ты умеешь сам залезать на стул?
- Умеешь скакать на одной ножке?
- Можешь левой рукой поймать мяч?
И ребенок забывает, что не знает меня. Он забывает, что я буду осматривать ему горло. Он забывает, что выпишу ему лекарство.
Я пробудил в нем то, что выше чувства неловкости, страха, неприязни, и он радостно отвечает:
- Могу, умею.
Видели ли вы, как младенец долго, терпеливо, с неподвижным лицом, сжатыми губами и вниманием в глазах снимает и надевает чулки и туфельку?
Это - не игра, не бессмысленное времяпрепровождение.
Это - работа.
Какую пищу дадите вы его воле, когда ему три года? Пять? Десять лет?
Новые статьи
Слух новорожденного
Шум улицы за оконными рамами, далекие отголоски, тиканье часов, разговоры и стуки, шепот и слова...
А как же смесь?
Науку о здоровье следует отличать от торговли здоровьем.Жидкость для роста волос, зубной эликсир, пудра, омолаживающ...
У ребенка температура
Насморк.Это очень опасно? А когда он выздоровеет? Наш ответ - итог размышлений, основанных на знаниях и на наблюдении...
Когда же он заговорит?
Ребенок еще не говорит. Когда же он заговорит? Действительно, речь - показатель развития ребенка, но не...
Здоров ли он?
Еще так непривычно, что он - уже сам по себе. Ведь еще совсем недавно, в их сдвоенной жизни, страх за него был...
Зрение новорожденного
Шум улицы за оконными рамами, далекие отголоски, тиканье часов, разговоры и стуки, шепот и слова...
Косметика
Oн и она